Below are the 20 most recent journal entries recorded in drevo_z's LiveJournal:

[ << Previous 20 ]

Tuesday, November 17th, 2009
10:36 am	О веселых шутках 1. Давеча наблюдала очень юмористическую передачу по ТВ. Зал хохотал. Создалось впечатление, что зрителей снимали на какой-то совсем другой передаче. То, что неслось со сцены, никак не коррелировало с реакцией зала. Возможно, зрителей щекочут специальные люди-щекотальщики. Или же это смех из разряда «не жди от нас, фашист проклятый, рыданий наших, горьких слез» (с). Подавись, вражина, нашим смехом. Но эти, которые на сцене корчили страшные рожи и говорили придурковатыми голосами, ничем не давились и продолжали шутить как с цепи сорвавшись. Хотя какая-то обреченность чувствовалась. Все же я склоняюсь к щекотальной версии. 2. Недавно одна дама поинтересовалась, как я успеваю приготовить ужин, уходя утром в 7 и притаскиваясь домой к 7 вечера. Я сказала, что по будням муж приезжает домой раньше меня, ну а кто раньше появился, тот и готовит. Все по справедливости. На мне готовка в выходные. Сказала и по выражению ее лица поняла, что ляпнула. Она посмотрела сначала недоверчиво, потом неприязненно, а затем с лицом, просветленным надеждой, спросила: - Шутка, да? 3. В субботу довелось мне посетить доктора по поводу гриппов и хрипов. В разгар процесса выслушивания, выстукивания и оценки моих шансов выжить в кабинет ворвался мужик с перекошенным лицом. Я видела такие лица в ужастиках. Когда второстепенный герой, чудом ускользнувший от костлявой руки смерти, переводит дыхание и вот тут осознает, что окончательный счет в этих кошках-мышках будет не в его пользу. Мужик потрясал бланком и чуть ли не визжал: - Что вы мне выписали?! Лично я заподозревала, что докторша выписала ему как минимум мышьяк с цианистым калием. - Средство для ингаляции. Аккуратно отпиливаем кончик ампулы, выливаем содержимое, ничего сложного. А в чем проблема? – удивилась доктор. - Как в чем? Как в чем?! А если осколки стекла попадут мне в бронхи?! Накупили себе дипломов и шутки шутят! (36 Comments |Comment on this)
Monday, November 16th, 2009
1:36 pm	Об историческом Посмотрите, какие интересные подборки и цитаты из дореволюционных газет выкладывает sokurs. (6 Comments |Comment on this)
Saturday, November 14th, 2009
7:08 pm	О фривольно-механическом Весь день нахожусь под впечатлением усмотренной вывески: СТО Красные фонари Шиномонтаж. Развал-схождение P.S.Стоп-сигналы пришли на ум далеко не сразу. (20 Comments |Comment on this)
Friday, November 13th, 2009
9:11 am	Об инновациях Далеко не все криво сделанное можно объяснить головотяпством и альтернативно растущими руками. Кое в чем отчетливо прослеживается четкая постановка цели и неукоснительное движение к ней вплоть до достижения оной. То бишь чисто случайно получить имеющийся результат невозможно. Не буду о глобальном, в масштабе поворота сибирских рек. Скажу о насущном и повседневном. Вот вам пример. Осенние ботинки с эффектом памперса. Не просто пропускают воду. Они ее притягивают, набирают и удерживают. Вероятно, разрабатывались для новаторского метода мелиорации. Обуваем пару тысяч человек и запускаем их стройными колоннами в болото. Они там, в болоте, потопчутся, пересекут его, оставив за собой слегка влажную и очень плодородную почву. Ботинки же потом собрать, упаковать в герметичный контейнер и отправить в засушливые районы. Выжать или выкрутить их не получается, но должна же будет накопленная вода когда-нибудь испариться. Пусть не сразу, пусть через месяц, через два. Чтоб и в Сахаре что-нибудь пышно заколосилось. Конечно, удовольствие это не из дешевых (ботиночная цена вспоминается с душевной болью), но оно того стоит – в смысле болот и Сахары. До ботинок личный рейтинг умных вещей возглавляла кофемолка, которую в работающем состоянии можно было удержать только двумя сильными жилистыми руками. Лучше тремя. В ее маленьком пластмассовом теле бился пламенный мотор. Кофемолке хотелось вырваться из цепких лап земного притяжения и улететь к звездам. Жужжа. Пару раз у нее почти получилось. Впрочем, кофе она молола отвратительно. (47 Comments |Comment on this)
Wednesday, November 11th, 2009
10:24 am	Об услышанном-подслушанном 1. Две старушки. - У меня в молодости такие кудрявые волосы были, такие кудрявые, все засматривались. Вот посмотри, Зина, на затылке еще видно.   2. Две дамы лет сорока. - Я тогда ему прямо сказала, прямо в глаза сказала: - Сволочь ты и мерзавец!  Так он еще и обижается!   3. Компания слегка подвыпивших дам предпенсионного возраста. - Девчонки, а потом позвоним Михневичу и будем в трубку хихикать!   4. Совсем старенький, но бодренький такой дедок в троллейбусе, сам себе: - И куда это я еду? Там уже нет ничего.   5. Трое мальчишек-подростков: - Кристина – дура! Ну и что, что некрасивая?! Все равно дура!   6. В магазине, взъерошенная тетка с чеком в руках, кассирше: - Что вы мне тут насчитали? Какой еще творог? Я творога вообще не ем! Я его случайно в корзину сунула!   7. Молодой человек страстно шепчет в телефон: - И я. Тоже. Очень. Очень. Всегда. Идиотка!   8. Кондукторша в автобусе. - Кто еще без билета? Лучше сами признайтесь! Я все равно по глазам разгляжу! И накажу!     9. Собаковладелец, еле удерживает здоровенного добермана, рвущегося к мелкой шавочке. - Грей, придурок, куда, она нам не пара! (83 Comments |Comment on this)
Monday, November 9th, 2009
9:19 am	О природе Мои друзья любили ездить на природу. По молодости лет я была склонна к соглашательству и ездила с ними. Хотя на природе мне не нравилось. Там было жестко спать и негде вымыть голову. Не чувствовалось, что природа мне мать родная. Скорее, я ощущала себя пригретой из жалости сиротой. На тебе, девонька, хлебца краюху да не рассиживайся – вон в хлеву корова мычит не доена, в огороде хрен бурьяном зарос не полот. Эти климатические выверты. Сегодня сидишь в изящной позе на молодой травке в веночке из подснежников, назавтра выползаешь из палатки – вся природа равномерно усыпана снегом по щиколотку. Красиво, но ты в дырявых кроссовках, и голова не мыта. Далее: на природе нет указателей. Я не перелетная птица и по магнитному полю ориентироваться не умею. Полезные советы (типа мох на южной стороне гуще, муравейники примостились там же) хороши в книжке, а не в полевых условиях. Я проверяла. Получалось, что юг везде. И север везде. Отошел от стоянки на метров 30, и все - природа резко дичает, и только ветер тревожно машет еловыми лапами, мол, изыди, инородное тело, изыди. У каждого топографического кретина есть шанс стать йети. Если выживет, конечно. Плюс к вышесказанному: на природе живет всякая флора и фауна. Флора еще ничего, не опасна, если ее не трогать. С фауной хуже: она щебечет во всю глотку в половине пятого утра, летает, звенит над ухом, оголтело кусается, а в темноте зловеще шебуршит в кустах. Как-то фауна вышла к нам лосем. Лось наяву внушительнее лося в телевизоре. Монументальнее. Начинаешь сомневаться в его растительноядности. Лось постоял, поразглядывал, посопел, фыркнул и ушел, упитанными боками и задом выражая презрение красивого млекопитающего к тварям дрожащим. Наверно, был сыт. А то вот еще – однажды мы наткнулись на фауну, свернувшуюся кольцом на трухлявом пне. И три придурка, чуть ли не уткнувшись в пень носами, минут десять обсуждали, помогает ли водка при гадючьих укусах. В смысле – внутрь. Змеюка пыталась принять участие в дискуссии, но в пылу спора ее спихнули с пня. Оскорбленно шипя, возмущенная фауна уползла в кусты, чтоб дождаться там темноты и нашебуршиться всласть. Хотя, возможно, это был уж.  Помнится, попала я на природу с одной компанией, а в компании этой была восторженная девица. Из тех, что громогласно восхищаются звездочками на ясном небе, птичками на веточках и росинками на листочках. – Я хотела бы вот так прожить свою жизнь, в гармонии с природой, - сказала она мне и снова завела шарманку про птичек и зверюшек. И вещала до ночи, пока не обнаружила в своем спальнике паука-переростка. Бег в мешках – для жалких дилетантов. Я видела бег в палатке. Еле поймали. Не думаю, что паук отделался легким испугом. Я люблю наблюдать за природой через трехкамерный стеклопакет. И чтоб чистая голова. Жаль, что до сих пор не производятся легкие сборно-разборные переносные трехкамерные стеклопакеты. Для луга, для забав (с). Как наша жизнь далека от идеальной в нашем же понимании.    Это было лирическое вступление.   Каждое утро я вынуждена окунаться в мир недоцивилизованной природы. Наличие спящего в общем коридоре в облаке паров дешевого пойла соседа я отношу именно к природным явлениям. Это как погода – можно злиться, грозить небу кулаками, но сделать из Заполярья тропики не получится. Мне хочется занести соседа в Красную книгу, а потом вычеркнуть и оттуда. С наслаждением. С демоническим хохотом. Затем сделать скорбное лицо, отвести в сторону лживые глаза и со слезой в дрогнувшем голосе сказать: - Не уберегли. (68 Comments |Comment on this)
Thursday, November 5th, 2009
11:28 am	Об ухажерах Когда я училась на втором курсе, за мной ухаживал водитель троллейбуса. Только я не знала, что он ухаживает, а считала его гадом ползучим. И не без оснований к тому. Остановка была метрах в 200 от подъезда. Выходила я всегда впритык и, если видела троллейбус, резвой газелью скакала к нему. Или что там газели делают – мчатся галопом, несутся рысью.  Водители либо ждали, либо нет – все по-честному. Но была одна гиена в мужском обличьи, которую эта двоичная логика не устраивала.  Гиена ждала. А когда мне оставалось метров 5, закрывала двери и отъезжала. И приветливо помахивала рукой, гнусно ухмыляясь в тощенькие усы. В том смысле, что мои спортивные успехи замечены и оценены. Проблема была в том, что я со своей близорукостью не могла рассмотреть, кто именно за рулем, и на всякий случай стартовала. Ну а на бегу тоже не до разглядывания и идентификации. Это прекрасная возможность ощутить себя полной идиоткой - когда перед твоим носом дверь закрывается и ты из всех сил делаешь вид, что подумаешь, мол, не очень-то и хотелось, зато пробежалась, и вообще – обож-ж-ж-жаю бегать на 10-сантиметровых шпильках. Дошло до того, что я стала ездить в университет с другой остановки, с пересадкой. А через год или около того где-то в городе ко мне подошел молодой человек и робко сказал: - Вы меня не помните? Раньше вы часто на «пятерке» до площади ездили. Я вам еще рукой махал. Когда я перестала подпрыгивать, шипеть, плеваться и обрела дар речи, я спросила, какого черта он надо мной издевался, мне было отвечено: - Так я ж хотел, чтоб вы на меня внимание обратили, чтоб заметили! Оно, конечно, спасибо, что так, можно было и переехать этим самым тролелейбусом. Если бы выжила – еще б лучше заметила и запомнила. Это я вот к чему. Приятельница устроилась на хорошую работу. Все бы ничего, но с первых же дней ее начал гнобить начальник – методично и планомерно. Ни трудовые свершения, ни трудовой энтузиазм не помогали – дня не проходило, чтоб начальник не напился ее теплой крови. Любому терпению приходит конец, уволилась. После чего начальник ей позвонил и грустно сообщил: - Ольга Викторовна, похоже, я напрасно ждал, что вы, наконец, заметите, как сильно мне нравитесь. Может, мы хотя бы сейчас встретимся, поужинаем? Приятельница, человек интеллигентнейший, орала в трубку как базарная баба, с взвизгиваниями, в качестве предлогов и союзов используя слова, которые пишутся на заборах. Сказала мне, что сама не подозревала о таком тесном своем знакомстве с ненормативной лексикой.  Какие, однако, непознанные глубины скрывает человеческая психика. (73 Comments |Comment on this)
Tuesday, November 3rd, 2009
9:31 am	О статистическом У нас тут была перепись населения. Нас тоже сосчитали и переписали. Процесс учета и контроля проходил весело, с задором, огоньком и приступами склероза.      Я забыла: a) сколько квадратных метров в моей квартире (это как раз объяснимо: мозг отказывается запоминать столь невзрачное число. То бишь подкорка как бы намекает, но участок мозга, ответственный за накопление материальных ценностей, намеков в упор не понимает);   b) в каком классе учится мой ребенок (тоже понятно: реформирование школьного образования у нас процесс постоянный, уследить и отследить сложно).    Я запуталась: c) в названии фирмы, в коей тружусь последние 12 лет (фирма испуганным зайцем мечется из УП в ООО, из ООО в ЗАО, со страхом косясь на низкое свинцовое финансовое небо, в котором мрачно кружат налоговые и прочие органы, зорким глазом высматривая очередную теплую и пушистую жертву); d) в наименовании собственной должности (но не генеральный директор – это точно).   Я не знала: e) где работает мой муж (ну, в общих чертах я, конечно, знаю. Думаю, что знаю); f) не говоря уже о том – кем (это даже смешно спрашивать, см пункт d).   В качестве бонуса: g) я чисто инстинктивно попыталась смухлевать с годом собственного рождения.   Ежели поначалу бедный студент-переписчик заподозрил, что мы узурпировали чужую квартиру, то ушел он с твердым убеждением, что одной квартирой дело не обошлось – вместе с ней мы присвоили себе чужие биографии.  Ждем-с последствий. (58 Comments |Comment on this)
Friday, October 30th, 2009
9:52 am	О занимательной фармакологии Всегда считала, что рекламные изыски ничего общего с реальной жизнью не имеют и иметь не могут. Трудно представить, что ежели на девицу откуда-то из кустов выпрыгивает странный мужик с еще более странным вопросом (А вы знаете, что у вас во рту размножаются бактерии?!), то девица воспримет эту судорогу креатива благосклонно, то бишь и милицию не позовет, и сумкой по голове мужику не настучит. Но бытие и сознание только и делают, что определяют друг друга. Ибо вчера, посреди белого дня, ко мне кинулась одухотворенного вида тетка с воплем: - Вы еще можете спасти свою печень! Я сначала подумала, что она из какого-нибудь общества трезвости и что ни фига ж себе я выгляжу. Оказалось, что рекламирует некий чудо-препарат. Мысли про ни фига ж себе я выгляжу остались. Добавились мысли про с этим надо что-то делать и про уже не поможет. Замечу, что я не передвигалась синусоидально, не дышала застарелым перегаром и не распевала матерные частушки на радость прохожим.   Все же робко спросила у тетки, неужто я похожа на крепко пьющего человека, на что тетка сурово отрезала: - А кто знает, как оно повернется-то! (40 Comments |Comment on this)
Wednesday, October 28th, 2009
11:15 am	О письмах и прочем  Антон Ильич неважно видит, плохо слышит и ходит с трудом.  У Антона Ильича, военного летчика, повоевавшего на множестве объявленных и необъявленных войн, хорошая пенсия. Он доплачивает там сколько-то, и пять раз в неделю, а иногда и по субботам, к нему приходит хмурая работница соцслужбы Шандора – за продуктами сходить, приготовить на скорую руку, прибраться. Шандора – человек честнейший, копейки чужой не возьмет, но у них с Антоном Ильичем уговор: 50 грамм до работы – для задору, 50 после – от устатку. Бдительные домовые бабки засекли, что время от времени Шандора покупает бутылку водки, и считают Антона Ильича тихим алкоголиком.  Антон Ильич женился поздно, между корейской и вьетнамской войнами, а дочка родилась еще позже, ему за 50 перевалило. Дочка пошла неизвестно в кого, училась в трех институтах, ни одного не закончила, пребывая в метаниях и хотениях всего и сразу. В 90-ых решила занаться бизнесом, но не тут, а там, а для бизнеса нужен начальный капитал. Антон Ильич дураком никогда не был, видел, что из дочки бизнесменша как из стрекозы бомбардировщик, но дочка рыдала, жене вызывали скорую, и он сдался: поменяли просторную квартиру в самом центре, сталинку, рядом с парком, на убитую однокомнатную хрущевку. Дочка рыдать перестала, расцеловала родителей и отбыла со всей вырученной доплатой в Германию, пообещав писать, звонить, разбогатеть и вернуться.  Звонить не звонила, изредка приходили открытки с парочкой фраз, всегда без обратного адреса. Сначала из Германии, потом из Португалии, а последним, уже после смерти жены, пришло письмо из Бразилии. В письме была фотографии дочки с неизменным недовольным выражением лица и с хорошенькой мулаточкой на руках – внучкой Мишель. И никаких подробностей.  В Бразилии Антон Ильич не бывал. Только над.  В хорошую погоду Антон Ильич с двух до четырех сидит на лавочке, не у подъезда – там соседки жизни не дадут, чуть подальше. Думает и ничего не ждет.  Прошлым летом у него появились друг и подруга.  Друг - косматое чудовище Красс. А подруга – тоже косматое, да еще выкрашенное во все оттенки от фиолетового до розового избалованное до безобразия 15-летнее чудовище Лили. Родители назвали в честь какой-то прабабки Лилией, хорошо хоть не Розой. Ударение на второй слог временно примиряло.  Красс радостно рыскает вокруг, принося добытые сокровища к ногам хозяйки - то сломанную ветку, то старый драный ботинок, как-то приволок мертвую крысу и сильно обиделся, не получив похвалы и одобрения.  Антон Ильич называет Лили Лилечкой. Лили морщится, но терпит. Ей интересно, в каком платье была покойная жена Антона Ильича, когда он первый раз ее увидел, и что Александра Викентьевна отказалась с ним встречаться, потому как он не читал Войну и мир (когда мне читать было, Лилечка, да и не охотник я до чтения, но прочел, за месяц прочел). И про самолеты интересно. И про Дальний Восток. И про дочку, и про внучку (красавица, не хуже тебя, Лилечка). Антон Ильич слушает про Дэна из одиннадцатого класса, козел козлом (не надо так говорить, Лилечка; да если бы вы его видели, вы б сами сказали, что козел!), про идиотку Моргунову (одни понты и полторы извилины; не надо так, Лилечка), про то, что родители озверели, не знают, чего хотят, уйду в монастырь, еще наплачутся (что ты, Лилечка, они тебя любят, как умеют, но любят).  Половина соседок считает Антона Ильича педофилом. Вторая половина убеждена, что малолетняя прошмандовка нацелилась на гробовые сбережения.  Потом случилась радость – Антон Ильич начал получать письма. От Мишель. Письма были напечатаны крупным шрифтом (смотри, Лилечка, она понимает, что я почти слепой), на конвертах яркие марки с ягуарами, страусами и броненосцами (они переезжают часто, Лилечка, как обоснуются окончательно, тогда адрес напишет), в письмах про то, что все у них зорошо, даже замечательно, что мама много работает и ее очень ценят (я и не верил, что из Тани что-то получится, а видишь, Лилечка, она остепенилась).  Я, Лилечка, не надеялся, чего только не передумал, вот бы Александра Викентьевна порадовалась, какая у нее хорошая внучка, почти взрослая, умница какая, как ты, Лилечка.  Этим летом родители отправили Лили на два месяца в Англию – язык подучить, ну и вообще полезно.  В августе она вернулась – стриженая под призывника, с тремя сережками в ухе и одной над бровью.  Бабки у подъезда Антона Ильича, косясь на шалаву крайне неодобрительно, сказали, что умер, еще в июле. Не мучался, уснул и не проснулся. Военкомат хоронил. С караулом, с оркестром, красиво.  А одна, самая противная, хуже химички, добавила: - Ну что, обломились денежки, не получилось к рукам прибрать?  Лили хотела на нее Красса натравить, но сдержалась (они несчастные, Лилечка, не нужны никому, оттого и несчастные).  Через пару недель Лили наткнулась у магазина на похмельную Шандору.  Господи, что ж это ты со своей головой сделала, страхолюдье какое. Все мечтал, что внучка приедет да что вы с ней подружитесь. Радовался, что про внучку узнал. Говорил, что умирать не страшно. А писем больше не было, я ящик проверяла.  Какой там приезд, какая там дружба.  Папа Лили в детстве собирал марки. И бразильские там были. Правда, все гашеные, но Антон Ильич со своим зрением таких подробностей рассмотреть не мог.  И ноутбук у Лили свой. И принтер. Родители еще в шестом классе купили.  P.S. Мир не рухнет.  (146 Comments |Comment on this)
Monday, October 26th, 2009
2:51 pm	О тоскливом Хотелось написать что-нибудь жизнеутверждающее. Типа - эгей! эгей! вперед! жизнь прекрасна! выше нос, друзья!  Но в данный момент меня волнует куда более насущная проблема - носовые платки заканчиваются.  Похоже, еще пару часов - и в дело пойдут полотенца и простыни.  Вот если бы можно было разложить себя на составные части.  Голову с носом и последней дюжиной платков - отдельно.  Пусть разбираются сами.  На такой унылой ноте данный пост завершается.  Всем - здоровья.  Надеюсь, ваши дела обстоят повеселее.  (86 Comments |Comment on this)
Thursday, October 22nd, 2009
11:37 am	О деньгах Уважаемые друзья, те, кто живет в Израиле! У меня к вам вопрос. Моя подруга летит навестить свою подругу в Халон. Как ей лучше поступить: менять российские рубли на доллары тут у нас в Минске или их возможно обменять в Израиле. Заранее благодарна за ваши советы. (14 Comments |Comment on this)
10:17 am	О двуликом Янусе А вот кто не читает langobard и vinniler - тот не прав. Потому как сам себя лишает удовольствия и  прилагаемого к удовольствию восхищения. (9 Comments |Comment on this)
Tuesday, October 20th, 2009
9:48 am	О дедлайне В один не то чтобы прекрасный день Олина бабушка Элиза Матвеевна (пожилая энергичная и решительная дама слегка за 60, подчеркиваю – пожилая, а не старая) сказала: - Оля! Я долго ждала, долго молчала, но мое терпение лопнуло. Ты когда-нибудь дашь мне спокойно помереть?! Тоненькая брюнетка Оля, искусствовед, бабушку любила и потому очень удивилась, откуда столь странные вопросы.  - А оттуда, что ты меня в гроб раньше времени загонишь, - нелогично продолжила бабушка. – Ты когда замуж выйдешь?! Чтоб я могла упокоиться с умиротворенной душой! Тебе почти 27! Чтоб не мешать, я на все лето съехала на дачу к этой старой дуре Василевич. Три месяца по двадцать раз на дню сочувствовала ее геморрою. Что толку в моих страданьях - ты за это время даже не познакомилась ни с кем! - Бабушка, когда и где мне знакомиться? Работа, испанский, диссертация. А в моем музее из холостых мужчин только Аркадий Палыч, ты же его видела. - Да, Аркадий Палыч – это на безрыбье даже не рак, а полудохлая креветка, - мрачно согласилась бабушка. А на следующий день позвонила старой дуре Василевич и выяснила, что василевичская внучка познакомилась со своим будущем мужем в ночном клубе. По телевизору Элиза Матвеевна услыхала, что в ночной клуб *** вход с 21 до 24 для девушек и женщин бесплатный. Следующим вечером она туда и направилась, сообщив Оле, что идет прогуляться перед сном.  В считанные минуты разгромив охрану, пытавшуюся что-то слабо вякать о возрасте, добив их ехидной фразой – Плохо держите удар, любезные! - Элиза Матвеевна уселась (с помощью той же охраны) на высокий стул у барной стойки и строго оглядела окрестности. - Ну и как вам у нас? – робко осведомился бармен, пододвинув ей высокий стакан. – Это за счет заведения. Безалкогольный. - Бесперспективно, - припечатала Элиза Матвеевна, - порядочной девушке тут ловить нечего. Кстати, не разорились бы, если б плеснули ложку коньяку. А вон тот рыженький – у него что-то с тазобедренными суставами или сейчас так танцуют? В тот вечер в клубе *** было нервно. Как на школьном собрании в присутствии родителей и директора по случаю застукивания все тем же директором группы семиклассников за распитием пива на спортплощадке.    До нового года Элиза Матвеевна посетила рок-концерт, выступление заунывного барда, файер-шоу, соревнование по экстремальному велоспорту, преферансный турнир и, уже от полного отчаянья, семинар молодых поэтов. Закидывать наживку смысла не было – не дай бог, клюнет. Поэты ее доконали.  - В свое время я полгода выбрать не могла между твоим дедом и десятком других, не хуже деда. Даже у этой старой дуры Василевич был какой-никакой выбор. Хотя она все равно всю жизнь страстно пялилась на твоего деда. Но нынче молодые люди, Оленька, поразительно измельчали, не за кого взглядом зацепиться.   В марте Элиза Матвеевна, навестив старую дуру Василевич, решила заехать к Оле на работу. На подходе к музею поскользнулась и грохнулась. Хорошо – не на ступеньках. Какой-то военный бросился поднимать ее. Элиза Матвеевна  проинспектировала себя на предмет отсутствия перелома шейки бедра, внимательно посмотрела на доброхота и сказала: - Господин майор, вы, я вижу, танкист, мой покойный муж командовал танковым полком, скажите, господин майор, у вас найдется час свободного времени? Майор, осознавший, что придется тащить бывшую мать-командиршу на себе до ее местожительства, проклял себя за неуместное проявление христианских чувств и обреченно кивнул. - Прекрасно. Скажите, вы бывали в историческом музее? Нет? Напрасно. Очень советую. Только попросите, чтобы экскурсию провела Ольга Рашидовна, замечательный экскурсовод, не пожалеете. Майор и сам толком не понял, какого черта он потащился в этот музей. Как загипнотизированный.     Недавно Элиза Матвеевна тихонько сказала спящему Митеньке: - Вот ты, солнышко мое, медвежонок, пойдешь в школу, твой папа закончит военную академию, бабушке и умирать можно. А еще мама твоя докторскую допишет - я и уйду со спокойным сердцем. И сестричка тебе нужна, воробышек мой, что ж ты один расти будешь. Вот родится твоя сестричка, потом в школу пойдет, а потом... ну, потом мы еще посмотрим.  (168 Comments |Comment on this)
Saturday, October 17th, 2009
7:45 pm	О странностях памяти Я четко помню, что была когда-то влюблена в первый раз. Еще бы вспомнить в кого. Подозреваю, что это был вовсе не мальчик из параллельного класса. Нет, он, конечно, и гандболист, и отчаянное хулиганье, и притом почти отличник.  Но ковырял в носу.  Какая уж тут влюбленность.  В общем, наиболее вероятный вариант - пират Бернадито Луис Эль Горра из Наследника из Калькутты.    А вам, уважаемые, есть что вспомнить? (67 Comments |Comment on this)
Friday, October 16th, 2009
9:01 am	О честности Стояла в очереди, чтоб заплатить за телефоны и интернет. Что-то там у девицы-оператора засбоило, и очередь застряла. Передо мною маялся дядечка типа «ловелас пожилой, неугомонившийся». Поскучал он, поскучал, поприглядывался. На фоне двух старушек и молодого человека в наушниках я, конечно, выигрывала. - Что вы так задумчивы? Скажите, о чем вы думаете – это поможет нашему знакомству, - сказал дядечка и даже подмигнул, как бы поощряя. Мол, давай, не робей.  Как правило, я стараюсь говорить правду. И это был не тот случай, когда следовало соврать. - Я думаю об инфляционной модели Вселенной. В частности, о том, что ежели Вселенная расширяется с ускорением, то возможно ли, что когда-нибудь скорость этого расширения приблизится к скорости света, и наши потомки будут жить под беззвездным небом. Или же мощность темной энергии не безгранична, и рано или поздно тут все схлопнется. А вы как считаете? Дядечка глянул на меня с ужасом и, что-то пробормотав, выскочил из очереди. Если я правильно расслышала, это была нелицеприятная оценка моего психического здоровья.   Обидно. Я на самом деле об этом думала. (96 Comments |Comment on this)
Tuesday, October 13th, 2009
1:24 pm	Об осеннем В университете мне не давали общежитие, потому как я происходила из богатых учительско-докторских слоев населения.  И я снимала комнаты у женщин среднего возраста, разных, но с одинаково неустроенной личной жизнью. Мое заселение что-то меняло в мироздании. Что-то где-то щелкало, у квартирохозяек вдруг появлялась эта самая личная жизнь, и мне поначалу намеками, а потом и открытым текстом сообщали, что неплохо бы подыскать себе другое жилье. Некоторые из дам жили себе одинокими рябинами в чистом поле - никаких дубов вплоть до горизонта, но стоило только мне пустить корни в ту же почву, как на тебе – вон уже что-то перебралось через дорогу и завлекательно шелестит реденькой пожухлой листвой.   На одной из квартир события разворачивались столь стремительно, что уже через недели две в доме появился приходящий друг сердца – такой слегка поношенный и сильно неумный бодренький Витечка, все норовивший ущипнуть меня хоть за что-нибудь. Я пожаловалась хозяйке, но понимания не встретила. – А ты не подставляй! – сурово заявила хозяйка. – А если такая нежная, ну так по средам и пятницам гуляй до часов одиннадцати, воздухом дыши. Замечу, что даже в страшном сне мне не могло привидеться, что я могу добровольно подставить что-нибудь Витечке для ущипывания. Пришлось выбрать свежий воздух.  Приходил Витечка, дверь закрывалась на защелку, звонок отключался, кто не успел, тот опоздал. Но все было по-честному – к половине двенадцатого Витечка уходил. Возвращался в лоно постылой семьи. Это не я придумала, это он так поэтически выражался. Там еще что-то было про такую же постылую жену . - Она вцепилась в меня как хищник в жертву, - с пафосом заявлял Витечка дрожащим от сдержанного негодования голосом. Я представляла себе Витечкину жену с окровавленными клыками, прижимающую мощной когтистой лапой несчастного Витечку к затоптанному линолеуму на кухне, и мысленно желала ей удачи.  Как-то, надышавшись воздухом, я притащилась домой и обнаружила, что меня там не ждали. Поковырялась ключом без толку, звонок не работал, а колотить в дверь – при той слышимости значило разбудить весь подъезд. Полчаса я прослонялась вокруг дома, но и следующая попытка была неудачной. Время за полночь. Днем-то было еще тепло, бабье лето, а ночью, скажем так, пробирало. Я потопталась в подъезде на сквозняках и поняла, что на свежем воздухе пусть дует, но хотя бы не сквозит. Через час бесплодных скитаний по окрестностям и попыток проникнуть в тепло и уют я села на скамейку и приготовилась помереть от переохлаждения. С собой даже ручки не было, чтоб оставить записку на холодеющем теле – для милиции, с указанием, кого винить в моей смерти. Я сидела и слушала, как падают сухие листья. Лист возникал в конусе света от фонаря, медленно планировал и уплывал из освещенного простанства в темноту. Из ниоткуда в никуда. Потом в круге света появился рыжий кот, постоял приглядываясь и в конце концов запрыгнул на колени. Кот был теплым, что значительно увеличило ценность его дружелюбия. Мы просидели с котом в обнимку до часов трех ночи, пока меня не подобрал загулявший сосед с пятого этажа. А кот помявкал на прощание и с нами не пошел. К тому моменту мне уже казалось, что если я упаду, то разобьюсь со звоном на мелкие ледяные осколки, а посему все опасения насчет мужского коварства растаяли осенним туманом. Наверно, я представляла собой такое жалкое зрелище, что соседу и в голову не пришло, как говаривала моя тетушка, воспользоваться беспомощным положением. Проснулась его мама, меня отпоили горячим чаем, загнали в ванну, и уложили спать на скрипучем диванчике. Утром хозяйка выговорила мне, мол, она брала на квартиру приличную девушку, а не шалаву, ночующую где ночь застанет. Тот факт, что после ухода Витечки она забыла включить звонок и на автомате опустила защелку, как-то не учитывался. В общем, столько свежего воздуха ни до, ни после в моей жизни не было. Через пару месяцев Витечка скинул постылые брачные оковы и пришел навеки поселиться. Я съехала.   Лет через десять я встретила на базаре хозяйку с Витечкой. Витечка, совсем уже какой-то затруханный, все рвался к пивному ларьку, но хозяйка цепко контролировала обстановку. Когда она отошла к прилавкам, Витечка оглянулся и сказал: - Живу как в тюрьме, всю кровь выпила, паучиха. Чего я, дурак, тогда за тобой не приударил? Знал же, что тебе нравлюсь, вон как ты переживала, даже домой не шла, когда я приходил, ревновала. По-хорошему, так Витечку надо было придушить там же. Кровавое злодеяние на фоне горы полосатых арбузов. И в этих арбузах закопать. А с другой стороны – он стоял, осторожно кося в сторону яростно торговавшейся хозяйки, и верил в то, что говорил.   Я подумала, что именно с тех пор я и недолюбливаю свежий воздух в больших количествах, и сказала: - Да, Витечка, так и знай, ты мне всю жизнь поломал. (78 Comments |Comment on this)
Friday, October 9th, 2009
9:44 am	О шнуркофрении Сначала о высоком. О музыке, например. Вот недавно у меня открылись глаза. Оказывается, то, что я всю жизнь считала окариной, на самом деле – панфлейта. Спрашивается, какого черта на всех купленных мною пиратских дисках с окариновой музыкой изображена эта самая панфлейта? Я свято верила. И заставила поверить множество других людей. Что Пан на какой-то знаменитой древнегреческой вазе дует именно в окарину. А никто и не спорил. В том числе и дама, давеча с удовольствием сообщившая, что мой невзыскательный вкус (произнесено было – невзыскательный, но явственно услышалось – плебейский) объясняется, очевидно, недостатком образования.   Поскольку в аристократы духа и знатоки изящного меня теперь точно не примут, то и пытаться не буду воспарять к горниим вершинам, а скажу о том, что по-настоящему волнует мою приземленную душу.    Хочу спокойно, без надрыва и угадывающейся в голосе слезы и – упаси бог! – без причинения легкого вреда чужому здоровью поговорить с человеком, который придумал саморазвязывающиеся шнурки и сумел заинтересовать своим изобретением шнуркопроизводителей. Посмотреть ему в глаза. Спросить: - Зачем?  Что бы я ни купила (со шнурками), результат один и тот же – я хожу не по земле, а по собственным шнуркам. Раньше было не так, я помню. В найденном в сети руководстве по завязыванию морских узлов была одна многоходовая схема покруче схемы сборки кубика Рубика. Я ее освоила. The same. Я, собственно, чего разнылась. Ладно я топчусь по своим шнуркам. Но когда это же норовят проделать абсолютно незнакомые мне люди. Причем все. В радиусе трех метров. А иногда и дальние подтягиваются. Хотя не для них было стирано.     P.S. Черствый и глухой к моим страданиям муж посоветовал накапать на узел какого-то термоядерного клея.  Судя по запаху, клей разъест последовательно кожу обувную, кожу мою, кровеносные сосуды, кости стопы и намертво приклеит узел шнурка к подошве.   Интересно, зачем моему мужу жена-инвалид. (43 Comments |Comment on this)
Wednesday, October 7th, 2009
1:30 pm	Об уязвлении чувств и прочих конфузиях 1. Дело Паганеля, по ошибке выучившего совсем другой язык, живет и процветает.   2. Вот моя приятельница Н., доцент, мать двоих детей, старший - отличник, особа положительная до оскомины – в абсолютно трезвом виде проникла в чужую квартиру, перепутав подъезды. То бишь ключ не проворачивался, позвонила, открыли, не глядя сняла пальто, бурчать начала, где ее тапки, в этом доме никогда ничего найти невозможно, давно пора приступать к репрессиям и экзекуциям, какие-то все же нашарила, влезла в них и только тут подняла глаза и увидала застывшую в крайнем изумлении совершенно постороннюю семью из пяти человек.   3. Или вот коллега С., обладатель кристальнейшей души, трезвенник со стажем, сослепу прихватил в аэропорту чужой чемодан и сунулся с ним в зеленый коридор на радость таможенникам. – Что ж ты, мил человек, с шестью литрами горячительных напитков да в зеленый коридор, - пожурили его таможенники и приготовились заводить дело о контрабанде. С. сначала уверял их, что в его поклаже никак не может быть шести литров горячительных напитков, а потом, когда ему эти литры продемонстрировали, с пеной у рта доказывал, что вообще к этому чемодану никакого отношения не имеет. Тут и оживившаяся милиция подтянулась поближе. Еще повезло, что в этот момент какие-то доброхоты принесли настоящего чемоданного хозяина – видно, тот успел утилизировать часть стратегического запаса. Кстати, собственный чемодан С. нашелся только через месяц где-то в экваториальной Африке.    4. Но что это я все о других да о других. В молодости у человека много сил (и дури). Параллельно с укреплением обороноспособности страны в Очень Секретном Институте™ мы еще подвизались в самодеятельном театрике - сами тексты писали, сами костюмы шили, сами пели и были страшно популярны в очень узких кругах. И вот 30 декабря нас пригласили выступить в какой-то Тоже Секретной Конторе. Ну, успех, овации и вообще – так весело, что не хотелось расходиться. И моя подруга, на почве головокружения от успехов и финского клюквенного ликера, пригласила к нам домой не всех, но многих. Человек двадцать пять. А на следующий день – Новый Год, который собирались встречать своей компанией, и нам было поручено купить сухое вино сколько-то там бутылок. С сухим вином в городе было плоховато, но побегали и купили. Это так, лирическое отступление. Ну, короче, из приглашенных не отказался никто (ха! А кто нам, красавицам мог отказать?!), весело было по-прежнему, но к часам двум ночи унесенный из Тоже Секретной Конторы финский клюквенный ликер закончился. Зато были найдены залежи новогоднего сухого вина. Тот центр моего мозга, который отвечал за благоразумие или хотя бы за притормаживание действий, давно дрых без задних ног, но на секунду разлепил глаза, обвел обстановку нефокусируемым взором и махнул рукой в стиле «А! Однова живем!». К шести утра закончилось и сухое вино. И мы легли спать. Где-то без двадцати семь. А 7:10 прозвонил будильник. Потому как 31 декабря был рабочий день. Подруга промычала, что пусть лучше увольняют, а еще лучше – расстреливают, только не будят. Я же пинками, угрозами и посулами заставила себя встать и пойти. (С того дня Степа Лиходеев – один из моих любимейших персонажей.)  Не нужно спрашивать, как мне работалось. После обеда нас распустили, и я, ведомая долгом, поперлась искать замену уничтоженным припасам. Для человека, провеселившегося всю ночь и поспавшего полчаса, я была довольно бодра, но несколько затуманена в мыслях и замедлена в движениях. Осторожно, на автопилоте я принесла себя в нужный магазин. Но с магазином что-то было не так. Неправильно было. Добрая кассирша осведомилась, что, собственно говоря, я уже пять минут выглядываю и стою тут, как мешком прихлопнутая. И я, с трудом собрав себя в единую личность, спросила: - А где у вас винно-водочный отдел?    Меня чрезвычайно удивила реакция других покупателей. Один мужик упал на прилавок, другой съехал вниз по стенке, а какой-то молодой человек мужественной наружности бегал по залу согнувшись в три погибели и причитал: - Ой, не могу! Ой, держите меня! Кто ржал, кто хихикал, кто гоготал. Кассирша хрюкала и немелодично взвизгивала.  До сих пор незнакомые люди при встрече со мной так бурно не радовались.  Потому что до сих пор я никогда не выясняла в букинистическом, где тут у них можно вином отовариться. Промахнулась дверью. Букинист и гастроном были рядышком. Перед тем, как зайти в гастроном, я несколько раз прочитала вывеску, ну чтобы be sure, так сказать, а в самом гастрономе периодически интересовалась у соратников по очереди: - А вы за вином стоите? Чтоб уж совсем be sure.  Один хмурый дядька глянул на меня как на убогую разумом и рявкнул в ответ: - Ну не за книжками ж! Знал бы он.   5. Если б я была на месте Паганеля, я бы легко освоила вместо, скажем, испанского – японский. Потом бы еще жаловалась всем, какие странные у этих испанцев имена и какими смешными закорючками они пишут.      Надеюсь, вам тоже есть о чем вспомнить. (84 Comments |Comment on this)
Monday, October 5th, 2009
1:51 pm	Об откутюризме Окинув холодным, отстраненным взором свою многосезонную куртку (осенняя + подстежка = зимняя), я поняла – еще маленько, и она станет ассоциироваться со словом «рубище». Для завершенности образа под ней следует носить вериги. А мои джинсы этот самый образ прекрасно дополняют.               Я – модель. Меня заставляют в это поверить. Что бы я ни примерила ( в диапазоне от 44 до 54 размеров), все – ну как на меня сшито, ну еще ни на ком так не сидело, тут, знаете ли, многие меряли, то чтоб вот так – ни на ком! В джинсовом магазине наличествовали продавец-консультант и хозяин – лицо южной национальности. Должна заметить, что я восхищена искусством безымянных китайских кутюртье, выступающих под флагом дольче-габанов-версачей-и-прочих. Крой – это их сильная сторона. Сколько мастерства нужно, чтобы впихнутая в штаны задница выглядела в них идеально квадратной! Тут годы практики. Просто так, с налету, такое не сотворишь. - Ну как на вас сшито, - сказала консультант, отводя в стороны лживые глаза. - Вах, как красиво! – сказало лицо и даже прикрыло глаза ладонью. Наверно, чтоб не ослепнуть от созерцания неземной красоты. После долгих препирательств были найдены джинсы, по ошибке скроенные правильно. Но. Но! (Вся моя жизнь – какое-то кусочно-непрерывное «Но!») На задних карманах драгоценными каменьями размером с крупный орех был выложен замысловатый узор. Там, где каменьев не хватило, было вышито золотом. Я уж решила, что вот он – свет в конце туннеля, золото и спороть можно, но тут в голову пришла трезвая мысль – а как в них сидеть, на каменьях-то? Каменья были впаяны намертво, выдрать их можно было только с мясом. - Вах! – обиженно сказало лицо, - зачем красоту убирать?! Возможно, у меня проблемы  с психикой, не позволяющие мне щеголять в штанах с килограммом каменьев на попе. - Вы такая придирчивая, - недовольно сказала девица. - Как с тобой муж живет, ты всем недовольный, женщина добрый должен быть! – поддержало ее лицо. И я в обнимку со своей черной придирчивой душой ушла объяснять мужу, как он вляпался.   P.S. Я вот раньше считала, что на молодую, стройную, симпатичную девицу что ни нацепи – не испортишь. Нет, товарищи, нужный фасончик найден. Это такие узкие снизу джинсы с мотней чуть выше колена. Я-то вначале глянула на консультантшу – не поняла, думала, что у нее с фигурой что-то, ну при хорошем росте ноги не могут быть длиной в полметра, тут родовая травма или еще какая катастрофа человеческого тела. Я, собственно, и мерять ихний от кутюр из жалости к ней, бедной начала.   P.P.S. Тьфу! Только сейчас сообразила – карманы можно было отпороть! Дура. (92 Comments |Comment on this)